Вечерний берег в Избербаше.

Вечерний берег в Избербаше.И Каспий тёмен и суров.Небес сиреневая чашаБездонно далека для снов, Не долететь и не измеритьЕё прозрачной глубины —И остаётся ветру верить,Он достигает вышины Заката раннего. И всё

А там дожди и влага над лесами

А там дожди и влага над лесами,Тяжёлая и тёмная вода.И нет других пространств под небесами,Куда так рвётся сердце — навсегда. Там сумерки сиреневого цвета,Там небо закрывают облакаИ редкий солнца луч

Я говорила осени — постой…

Я говорила осени — постой…Совсем другое небо надо мной.Тугая синева и яркий светБезжалостный — стремительный стилет. Я чувствую молчание вековИ старых стен, камней и береговДругого моря. Здесь живой прибойШумит, вздувая

Не ярко светит солнце, скоро осень

Не ярко светит солнце, скоро осень.Шаги её неслышны и легки —Не тронет лепестка, травы не скосит… Ложится первый яркий жёлтый лист,Но небо на закате, как в июле,Когда весь горизонт так

Какая нежная свобода

Какая нежная свобода,Какой медлительный полёт…Нет ни причины, ни исхода,Пусть всё меняется, течёт. Зелёный — в жёлтый превратится,И алый сумерки зажжёт,И не судиться, ни рядиться—Пусть всё идёт, летит, плывёт, По времени

Разжечь огонь — совсем простое дело

Разжечь огонь — совсем простое дело-Сложить дрова, лучинок подложить.И вот уж пламя, горячась, запело,Дарящее тепло, покой и жизнь. Казалось бы — зачем тебе все это?Колодец над рекой, в печи огонь?Но

Благослови меня в дорогу.

Благослови меня в дорогу.Перекрести и обними.Пусть время встанет на пороге,Не торопясь, замедлив дни. Прозрачно-белым ожерельемЗамрут над нами облакаИ вот уж ледяной купельюТемнеет стылая река. Проходит август… Не желтеет,Как изумрудная, трава,Но

Луна монеткой золотистой

Луна монеткой золотистойТо заблестит, то канет прочь.Почти царица в небе чистом —Прозрачно освещает ночь В окошке поезда мелькая,Бежит ему наперерез.А он, её не замечая,Пронесся ветром и исчез. И я стою